Степь да степь кругом
Это — один из тех маршрутов, которые были задуманы давно, как шоковая терапия для тех, кто не верит в существование каких-либо интересных природных красот вблизи Ростова. И, хотя об этом месте я уже писал на страницах этого портала ранее, пока что только несколько человек воспользовались данной информацией, и как я понял из комментариев, не пожалели... Речь идёт о карьере за посёлком Углеродовский, где есть красивые водопады...

Кроме водопадов, сам карьер и окружающая местность весьма примечательны — здесь наблюдается масса красивых объектов, их необычных сочетаний, а сам рельеф напоминает Южный Урал, где мне в своё время удалось побывать...

Вся прелесть этого места состоит в том, что вид на карьер открывается неожиданно... И ещё эффектно то, что вместе с внезапно открывающимся видом появляется и звук падающей воды... А на этот раз нам представилось увидеть не один, а два водопада — один напротив другого, на противоположных сторонах карьера...

Водопад в карьере за посёлком Углеродовский

Второй водопад в карьере

Мы потянулись гуськом вдоль края карьера, стараясь скорее спуститься вниз, к большому водопаду, но не тут-то было — пришлось пройти более ста метров, прежде чем появилась такая возможность... Кстати, как выяснилось, этот водопад образован довольно длинным ручьём, с большой площадью водосбора...  Если бы в некоторых местах он не был запружен, то этим водопадом можно было бы любоваться круглый год... А так — только весна и часть лета...

... Осторожно пробираясь по шатким камням, мы подобрались к водопаду поближе... Вот что мне нравится —  на Кавказе, в частности — в районе Лазаревской, все восторгаются хиленькими ручейками, струящимися по шершавым жёлтым камням и потом с гордостью рассказывают дома, что «они были на море и ходили на водопады»... Так вот, здесь, в полутора часах езды от Ростова, водопады повнушительнее будут! И, знаете, покрасивее даже!

 Водопад в карьере за Углеродом

Водопад в карьере за Углеродом

... Я побродил между глыбами на берегу образовавшегося здесь озера, поснимал красивые коричневые узоры, образованные в местных песчаниках соединениями железа... Натолкнулся на окаменевшего «Дружка» (для серьёзных людей, а также для «пожилых учёных мальчиков и девочек» поясняю, что это — моя шутка, насчёт Дружка-то)...

... Дружок был очень любопытной собакой, и 300 миллионов лет назад он как-то выбрался погулять на берег большого мелководного залива... Было очень душно, но наш Дружок весело прыгал по песку и совал нос в различные углубления... От этого любопытства и произошло непоправимое... Прошло много миллионов лет, и я обнаружил на сколе большого камня профиль этой некогда весёлой собаки... Вот он...

Дружок

... Через некоторое время я почувствовал, что основательно замёрз — в тех участках карьера, куда ветер не задувал, было довольно холодно.

Поднявшись на поверхность, я обнаружил, что мои коллеги разбрелись по окрестностям. Я спрятался в яму между несколькими кучами щебня и начал отогреваться кофеём. Чтобы время не пропадало даром, я достал приборчик для оценки уровня радиоктивности и положил его на кучу рядом с собой. Первый замер заставил меня поперхнуться, но после набора статистики я успокоился — уровень составлял всего 0,24 мкЗв/ч — в пределах нормы, но немного выше, чем обычно — к примеру, дома у меня, в центре Ростова, фон составляет в среднем 0,12 мкЗв/ч. Так что здесь на это фактор внимания  можно не обращать.

Немного согревшись, я двинулся вдоль карьера, снимая разные фотографические вкусности...

Ветка шиповника на фоне карьера

Кроме любимого мною объекта — шиповника, здесь находились ещё большие кучи отходов щебеночного производства — мелкие фракции, похожие на крупный песок...  Черезвычайно фотогеничные объекты, особенно если учесть, что многим из них не один десяток лет, и растительность начала своё медленное наступление на эти рукотворные песчаные дюны... Этот участок был покрыт кустами кермека — одного из многочисленных «перекати-поле», что придавало ему довольно необычный вид...

Отходы производства щебня

Но здесь есть и очень большие кучи этого «песка» и под воздействием эррозии они приняли совсем необычный вид...

Отвалы отходов производства щебня в карьере

Я направился во вторую «секцию» карьера, отделённую от первой высокой песчаной перемычкой с проходящей по ней дорогой...

Следы протектора

Во второй секции я наконец-таки заснял участок стенки, на съёмку которого в первый наш приезд сюда не хватило времени. Типичный средний карбон, с углесодержащим пластом. Пару кусочков антрацита с этой стенки я бережно запрятал в карманчик для образцов. Антрацит, добытый мной. Открытым способом.

Стена карьера — глинистые сланцы, песчаники и углесодержащий пласт

... Но единственная деталь портила всё впечатление... Вдоль северной стороны карьера, сверху, была свалка разного хлама... Причём, судя по номенклатуре, это были местные отходы и тут не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы определить источник возникновения куч всяких ржавых железяк, строительного мусора вперемешку с пластиковыми бутылками из-под пива... Как я уже упоминал в других рассказах — это всеобщая практика; но от этого не становится легче... Впрочем, у этого земельного участка есть конкретный хозяин, отвечать ему...

... Мы постепенно собрались в автобусе и покатили дальше на запад. Следующая точка была технически-творческой, и должна была обеспечить две функции: питание и общение. Я ничего лучшего не придумал, как привести всю компанию на небольшой укромный островок между двумя ручьями в виду довольно приличного тоннеля...

Десять минут — и на расчищенном месте уже весело горел костерок, все дружно уплетали нехитрую снедь — и, естественно, делились впечатлениями... Кстати, некоторые продолжали снимать...

Ручей

Но вот перекус закончен; костёр тщательнейшим образом затушен и для перестраховки заложен сверху мокрыми кусками пластушки; мы двинулись обратно в автобус, снимая по дороге довольно живописные протоки и ещё спящую растительность.

Впереди была конечная точка нашего маршрута и тут, надо признаться, я немного волновался... Дело в том, что всё, что там было намечено снимать, я не видел вживую ни разу. Вся информация была получена из анализа спутниковых снимков в программе Google Земля...

... Несколько километров мы ехали по какому-то совсем уж неземному пространству. С юга земля топрощилась от вывороченных камней, наваленных друг на друга, а с севера круто спускались склоны песчаных холмов, причудливо прорезанные эррозией... Вскоре дорога сделала зигзаг, впереди показалась полоса леса и мостик через бурную речку. Там мы и покинули тёплый автобус, чтобы влезть на довольно высокий холм, отороченный посредине зелёной каменной грядой...

На склоне

Холм этот был довольно длинным и высоким, но большая часть его была съедена изнутри большим карьером, причём доесть остаётся всего метров триста... Я спешил на вершину, чтобы впервые рассмотреть с самой верхней точки панораму окрестностей. И надо сказать, это было впечатляющее зрелище...

На северо-западе виднелась скалистая гряда, спускающаяся к еле заметным строениям среди густых деревьев. Весь левый, западный берег протекающей здесь речки под названием Нижнее Провалье довольно высок и очень напоминает предгорья — мне вспомнился даже Кисловодск...

Вид на хутор Аникин с вершина холма

С юга и юго-востока раскинулись волнистые степи, но это был уже в большей степени рукотворный пейзаж...

Начало проглядывать солнце... Насколько было видно вокруг — везде были заметны быстро удаляющиеся в разные стороны коллеги-фотографы — каждый спешил отснять замеченные им темы. Но особый кайф — отложить камеру в сторону и посидеть на склоне холма, рассматривая открывшиеся дали, попытаться почувствовать время, текущее здесь со своей скоростью и подглядеть несколько сцен из действа, происходяшего внизу, в старинном хуторе Аникин...

... По прошествии некоторого времени группа собралась у небольшого пруда и порешила, что основная масса любителей фотографии пойдёт пешком к скалистой гряде, а добровольцы вернутся к автобусу и подъедут к той гряде за остальными... Мы с товарищем вызвались быть возвращенцами и отправились в обратную дорогу, попутно обнаружив двух потерявшихся ранее сестричек. Оказывается, отложивши в сторону фотоаппараты, девушки посвятили время интереснейшему занятию, а именно поиску кристаллов горного хрусталя в валявшихся на вершине холма крупных кусках кварца. Красивые кристаллы с большим трудом были выковыряны из полостей с помощью открывалки от перочинного ножа — другого инструмента у меня с собой не оказалось...  Вскоре мы уже сидели в автобусе и меденно ехали по хутору...

Жизнь тут была еле заметна... Нет, какие-то небольшие производства на этой территории были, но вот увидеть собственно хуторскую жизнь — какие-то перемещения внутри дворов, стаи домашней птицы, животин — тут этого не было... Возле нескольких подворий стояли неказистые авто, явно там кто-то жил, но общее впечатление было каким-то гнетущим...  И когда мы подъехали к гряде и вышли из автобуса, мы поняли — большинство стоящих тут домов давно обезлюдели...

В середине 80-х я придумал для себя тему для серии фотографий — «Десять жизней мёртвого дома». Тема давно уже реализована, несколько раз выставлялась, но в хуторе Аникин почему-то захотелось её продолжить... Дальше — только язык фотографии...

10 жизней мертвого дома

Вот пока и всё, что пришло там в голову и что было реализовано в снимках...

Но меня не покидает ощущение, что это запустение какое-то неправильное, несправедливое... Ведь хутор Аникин расположен среди такой чудесной природы и вроде бы вокруг всё есть — дорога, пастбища, речка, полезные ископаемые, фермы... Похоже, я чего-то не знаю, не могу со своей стороны понять, что может отсюда гнать людей в грязные города, даже при условии, что я учитываю отсутствие многих благ цивилизации...

... Но вернёмся... Мне очень понравилась весенняя река Нижнее Провалье... Знаю, что начинается она где-то в районе Гуково, знаю, что в неё там сбрасываются через систему очистки какие-то промышленные воды, что вроде бы всё под контролем — читал об этом в последнем Экологическом вестнике Дона...  Речка красивая и в это время года бурная...

река Нижнее Провалье

На берегу замечены вековые дубы; речка, по косвенным признакам — замеченному на дне раку и мелькнувшему в прозрачной зеленоватой воде небольшого омутка чернохвостом голавлике, — живая...

 

Растущий по берегам пойменный лес образует неповторимый рисунок на фоне спускающейся каменистой гряды...

Летом тут всё будет утопать в зелени; речка замедлит свой бег и распадётся на глубокие омутки и весёлые каменистые перекаты; кроны деревьев сомкнутся, образуя тоннель, дарящий прохладу даже в самую жару...  Но это будет только через пару месяцев...

Мы пошли обратно к автобусу... По дороге нам встретилось мёртвое подворье — дом и хозпостройки уже разрушились; остался целым лишь погреб, похожий на средних размеров бомбоубежище... Пройдёт ещё десяток лет, и все камни, которые можно унести — унесут; погреб превратится в курган; вокруг бывших стен появятся заросли и скорее всего это будет терновник...

... Останутся только самые большие камни — когда-то они служили частью фундамента, дверными проёмами в хозпостройках, сваями... Все эти остатки, вкупе с обособленно стоящими камнями-колёсоотбойниками, будут в конце концов признаны системой мегалитических сооружений пришлыми искателями необычного, которые с пеной у рта будут доказывать сакральный характер данных сооружений... Об этом будет громко заявлено в масс-медиа, и сюда потянутся всякие знаменитости; будут привлечены учёные, которые рассчитают, что камни, входящие в состав «данного мегалитического сооружения» поставлены не абы как, а «ориентированно на Большую Медведицу своей главной осью»...

... Об этом я думал, возвращаясь в Ростов... Народ в автобусе притих — и, обернувшись назад, я увидел сонное царство... Масса впечатлений, километры по пересеченной местности и свежий воздух сделали своё дело... Но, судя по всему, это поездка надолго запомнится всем участникам и, надеюсь, заставит задуматься — а нужен ли нам «берег турецкий»? Ведь и здесь, под боком, столько интересного...

Copyright © 2010 Борис Панасюк

Реклама:
Copyright 2012 Борис Панасюк